Бывает же такое. Живёшь свою обычную профессиональную жизнь, делаешь дело, которое любишь, и как-то не задумываешься — а сколько же всего ты на самом деле делаешь? Просто идёшь по течению, решаешь задачи, встречаешься с людьми, проводишь часы в разговорах. Думаешь, что ты просто «психолог, который ведёт приём».
А потом случается что-то, что вытаскивает тебя из этого потока и ставит перед зеркалом. В моём случае этим «чем-то» стал марафон Андрея Гусарова по личному бренду. Там есть задание — посмотреть на себя как на эксперта, разложить по полочкам всё, что ты умеешь и делаешь. Я села с блокнотом, начала писать и… честно говоря, сама опешила.
Оказывается, под вывеской «психолог» у меня спрятано семь разных профессий. Семь! Каждая — со своим смыслом, своей глубиной и своими сложностями.
⠀
Первое и главное – индивидуальные консультации. Это моя база. То место, с чего всё началось десять лет назад. Когда мы остаёмся вдвоём с человеком в комнате (или онлайн) и час просто проживаем жизнь вместе. Я обожаю этот формат за его интимность. Здесь не спрятаться, не отмолчаться, нельзя переложить ответственность на группу. Здесь ты лицом к лицу со своим клиентом, со своей душой и с его душой. Это та работа, ради которой я вообще пошла в профессию. Когда в конце тяжёлой сессии клиент выдыхает и говорит: «А ведь полегчало…» – ради этого стоит жить.
Второе – супервизии для коллег. Это когда твоими клиентами становятся другие психологи. Звучит немного сюрреалистично, правда? Но это отдельный, очень тонкий жанр. Я провожу их и сама, и через платформу «Ясно». Здесь всё иначе. Ты не ведёшь терапию, ты смотришь на работу коллеги как бы объёмным взглядом. Помогаешь распутать клубок, который у него запутался с клиентом. Поддерживаешь там, где он выгорел. Подсказываешь, где он не замечает собственных слепых зон. Это про профессиональную заботу. Про то, что даже тем, кто помогает, иногда нужна помощь.
Третье – супервизор для гештальт «троек». О, это вообще отдельная вселенная. В гештальт-подходе есть такая традиция обучения: три человека – терапевт, клиент и наблюдатель – работают вместе. Я в этой роли супервизор за процессом. Казалось бы, сиди и смотри. Но это как следить за шахматной партией гроссмейстеров: ты должен видеть не только каждый ход, но и то, что происходит между ходами. Какие чувства возникают у терапевта, куда уходит клиент, что происходит с контактом между ними. Это магия тонких настроек, и я каждый раз учусь там заново. Потому что не бывает одних и тех же динамик, людей и процессов в тройках.
Четвёртое – групповая терапия. Психодинамические группы — это живой организм. Представьте аквариум, где плавают разноцветные рыбки, и вдруг вы начинаете понимать, что они все связаны невидимыми нитями. В группе люди приносят свои истории. Эти истории начинают резонировать друг с другом. Кто-то заплакал — и у соседа защипало в носу. Кто-то разозлился — и по комнате будто прошёл электрический разряд. Моя задача — не управлять этим процессом, а быть его чутким свидетелем, иногда подсвечивать то, что происходит в моменте, и следить, чтобы этот океан чувств никого не утопил. Группа — это зеркальная комната, где каждый видит себя в отражениях других.
Пятое – обучающие программы. Здесь я меняю оптику. Я не терапевт, а учитель. Передаю то, что знаю и умею, тем, кто только входит в профессию или хочет углубиться. Это про структуру, про логику, про выстраивание системы в голове. Но и про вдохновение, конечно. Когда видишь горящие глаза обучающихся, когда они ловят каждое слово и потом приносят свои первые успешные кейсы – это даёт совершенно другое ощущение осмысленности. Ты как будто сажаешь сад, который будет плодоносить без тебя.
Шестое — семинары и мастер-классы. Тут всё про формат «одной встречи». Это может быть двухчасовой интенсив в зуме. А может быть живая встреча в уютном зале, где пахнет кофе и скрипят стулья. Здесь важно дать что-то целостное, законченное, что участники унесут с собой сразу. Концентрат смыслов, инструментов, инсайтов. За эти годы я набросала десятки таких тем — от «Как выстроить личные границы» до «Психология денег». Каждый раз это как маленький спектакль, где есть сценарий, но всегда есть место импровизации.
И седьмое – расстановки. Это отдельная глубина. Здесь работа идёт не столько с головой и словами, сколько с полем, с энергией, с невидимыми семейными сценариями. Когда человек расставляет фигуры (или людей) в пространстве и вдруг становится видимым то, что годами пряталось за словами: «Да нормально у меня всё с мамой, нормально». А расстановка показывает, что ты до сих пор несёшь её тяжёлую судьбу на своих плечах. Расстановки – это всегда про магию реальности. Я до сих пор не могу объяснить, как это работает, но я вижу результаты. Люди уходят с другим лицом, с другим дыханием, с другим ощущением себя в мире.
Я сейчас смотрю на этот список и думаю «как много». Как всё это время я умудрялась сваливать это в одну кучу под названием «ну, я психолог» или «я веду частную практику».
А ведь за каждой строчкой – годы учёбы. Сотни тысяч рублей, вложенных в образование. Бессонные ночи перед сложными сессиями. Супервизии, личная терапия, сомнения, победы, ошибки, благодарные письма и те, кто ушёл не попрощавшись. За каждой строчкой – люди. Живые, разные, с болью и радостью, с надеждой и отчаянием.
Быть помогающим практиком – это не просто работа. Это способ жить. Это про то, чтобы каждый день встречаться с человечностью – своей и чужой. Это про то, чтобы держать пространство, где можно плакать, злиться, бояться и при этом оставаться в контакте. Это про мужество быть рядом с чужим адом и не сгореть самому. Про счастье видеть, как этот ад постепенно превращается в просто сложный опыт, а потом – в силу.
Хорошо, что есть такие марафоны и такие ведущие, как Андрей Гусаров, которые помогают остановиться и разглядеть себя настоящую. Оказывается, иногда нужно, чтобы кто-то со стороны просто дал зеркало и сказал: «Посмотри. Сколько ты всего делаешь. Какая ты разная. Какая ты глубокая. Ты молодец».
А вы давно останавливались, чтобы просто посмотреть на себя и своё дело со стороны? Не оценить, не сравнить с другими, а просто увидеть – какой вы на самом деле? Сколько всего в вас помещается?
