Конференция в Витебске в гештальт-подходе. Ехала туда с привычным уже внутренним диалогом «Зачем? Дорога, гостиница, сто человек в одном пространстве, устану, ничего нового не услышу». Вы знаете этот голос? Который убеждает, что лучше дома, в своем кресле, с привычным графиком и контролируемой средой. Что все нужное можно прочитать в книгах или обсудить с супервизором. Но каждый раз этот голос врет.
Два дня в Витебске — я снова поймала себя на том, как отогреваюсь. Как расслабляются плечи. Как уходит этот вечный профессиональный контроль. Как я перестаю быть «психологом Плавсюк-Феху» и становлюсь просто Светой (а в этот раз ангелом и демоном☺), которая слушает, спорит, молчит в компании, пьет кофе с в перерывах и ловит себя на том, что улыбается без причины.
Честно скажу. Иногда хотелось, чтобы воздух заискрил. Чтобы кто-то с кем-то не согласился громко. Чтобы полезли на стену теории. Чтобы мы спорили до хрипоты о границах и переносах, о техниках и этике. Этого было мало. Совсем мало. Мне не хватило динамики и споров.
Но вместо этого случилось другое. Случился мой круглый стол, посвященный «тройкам». Кто-то рассказывал про сложного клиента, и зал выдыхал синхронно, потому что у каждого был такой клиент. Кто-то сомневался: «Достаточно ли я хороший терапевт?» — и в ответ тишина, но не та, в которой проваливаешься, а та, где тебя держат. Кто-то говорил про свое выгорание. Это было тепло. Поддерживающе. Очень дающе.
Я в очередной раз подумала. Что мы, помогающие практики, самые странные существа на свете. Мы целыми днями держим контакт с другими. Мы — профессионалы присутствия. Мы умеем быть рядом с чужой болью, страхом, отчаянием. Мы знаем, как важен контакт — для клиентов.
Но при этом мы сами — как те сапожники без сапог. Запираемся в своих кабинетах, в своих головах, в своих «я сама разберусь». Нам кажется, что мы достаточно взрослые, чтобы не нуждаться в поддержке. Что наши рефлексии заменяют живой обмен. Что супервизия — это вся необходимая роскошь. А потом приезжаешь на конференцию, и тебя накрывает.
Оказывается, я соскучилась. Не по лекциям даже — по тому, как коллега смеется в коридоре. По тому, как обсуждаем не клиентов, а детей и кошек. По тому, как в курилке (хотя я не курю) зависаешь с кем-то и вдруг выдаешь то, о чем даже на терапии молчала. По тому, как в конце дня стоишь в коридоре с теми, с кем еще вчера был незнаком, а сегодня уже обсуждаешь самое сокровенное. Это расширяет. Не голову даже — душу.
Когда мы варимся в своем соку, мы неизбежно застываем в своих конструкциях. Начинаем думать, что истина где-то рядом, в очередной прочитанной книге или освоенной технике. А истина — она вон там, в глазах напротив, которые смотрят на тебя иначе, чем ты сама на себя смотришь. Или в вопросе, которого ты не ждала. Или просто в том, что кто-то сказал: «А у меня тоже так бывает» — и ты вдруг перестаешь быть одинокой в своем профессиональном опыте.
Да, мне не хватило динамики и споров. Возможно, в следующий раз я сама буду их создавать — провоцировать, задирать, вступать в дискуссии. Но в этот раз я взяла другое. Я взяла тепло. Чувство, что я среди своих, даже если ты практически никого не знаешь в этом огромном зале. Что мы все в этом огромном сложном деле не одни. Что гештальт-подход точно объединяет.
Сейчас, вернувшись в свой кабинет, я думаю как важно нам, психологам, иногда вылезать из своих убежищ. Не ради новых техник — ради живого воздуха. Ради того, чтобы помнить — мы не функции, не «оказыватели услуг», не носители методик. Мы люди. Которым, как и всем, нужно греться друг о друга. Спорить, соглашаться, молчать рядом, пить остывший чай и ловить себя на мысли, что вот оно — то самое, ради чего мы вообще в этой профессии.
А вы давно выходили из своего кабинета в большое человеческое пространство? Не онлайн, а вживую?
П.С. С благодарностью к организаторам Витебской конференции «Терапия живых отношений», а особенно Ладе Цой за ее устойчивость, доступность и ясность.
