Когда ненависть захлестывает горлом, жжет глаза и сжимает кулаки, кажется, что перед нами — чистая, первичная сила уничтожения. Мы верим в её простоту: я ненавижу, значит, объект моего чувства чужд, враждебен и должен быть изгнан из моего мира. Но что, если эта ярость — лишь обратная, искаженная сторона чего-то гораздо более глубокого? Что, если ненависть […]